Кукла его высочества  - Эвелина Тень

— Большое спасибо за аглацию, — улыбнулась я ширше и еще счастливее, не желая проигрывать первому принцу.

— Исполню любое твое желание, только скажи, — еще шире улыбаться Делаэрт не стал, но в сиянии мне не уступил.

— Скажу, а как же! — заверила его, рассмеявшись, и первый принц закусил губу. Ну устал улыбаться, должно быть. Оно и понятно: привычки-то нет. Значит, я выиграла.

— Анаис, — прошептал он и привлек меня к себе, обнимая покрепче.

Я уткнулась лицом в кружевной ворот его сорочки и поймала себя на том, что мне это нравится. Мейра, действительно нравится! Нравится быть в его объятиях, чувствовать себя в безопасности. В безопасности?! Это с самым опасным человеком во дворце?! Я едва не расфыркалась. Ну я извращенка!

Чуть отстранилась, заглядывая Делаэрту в лицо, и в глубине его глаз вдруг увидела что-то… знакомое. Мейра! Не знаю, почему я подумала именно так, но подумала. Как будто уловила что-то, понятное мне и близкое. Но что?! Мейра, как удивительно! Настолько удивительно, что я поймала себя на мысли: а не рассказать ли ему все? То есть действительно ВСЕ? Довериться. На помощь я не рассчитывала, но, может, даст какой-нибудь дельный совет? По-дружески?

Первый принц разомкнул объятия и, нетерпеливо стащив перчатки и бросив их на столик у гардероба, обеими ладонями обхватил мое лицо.

Ресницы Делаэрта дрогнули, а глаза расширились, когда его руки коснулись моей кожи и замерли.

— Анаис, — едва не простонал он. Уткнулся лбом в мой лоб, аккуратно поцеловал в висок, перевел дыхание, успокаиваясь, и неожиданно радостно заметил: — Ты — красавица! Потрясающая!

А вот интересно, вчера, когда я была в романтическом образе календусского тушканчика, он мне комплименты говорил или нет? Вот что-что я этот момент упустила… Ах, Делаэрт, Делаэрт! А уверял, что я хороша в любом наряде! Хм-хм… Нет, серьезно, он вчера мной восхищался или нет?!

— Я принес тебе подарок, — сказал он и отчего-то вздохнул.

— У меня уже есть, — улыбнулась я.

— Это другое, — уклончиво ответил первый принц и, задержав на секунду свои ладони на моем лице, нехотя их убрал. — Ты… пойми все правильно.

Э-э… Странное вступление, однако, перед вручением подарка.

— Я постараюсь, — фыркнула, продолжая улыбаться. Ну второй подарок за утро, это же прекрасно!

— Занесите! — приказал принц, чуть повысив голос, и в комнату вошел уже известный мне слуга с большой, но, судя по всему, легкой, празднично оформленной коробкой в руках. Поставил ее на столик у гардероба, снял крышку, отвесил церемониальный поклон и удалился.

Ну и что это? Я заинтригованно подошла ближе, мимоходом заценив свое отражение в зеркале: ну… действительно красавица, спорить не стану. Делаэрт оказался у коробки раньше меня и откинул прикрывающий подарок шелк.

Я глянула внутрь, и моя улыбка несколько задеревенела.

— У нас будет бал-маскарад? — спросила недоуменно. Сказала «у нас», дурочка такая, машинально получилось…

— Не совсем, — дернул бровью первый принц. — Вернее, нет.

Он подцепил маску пальцами и поднес ее к моему лицу.

— Посмотри, какая красивая, — соблазняюще проговорил Дел. — Такая изящная, невесомая, таинственная… Тебе очень пойдет, моя дорогая.

— И зачем? — тупо квакнула я, чувствуя, как улыбка окончательно покидает мою физиономию.

Первый принц осторожно развернул меня к зеркальной двери гардероба и встал за моей спиной.

— Не хочу, чтобы к тебе прикасался кто-нибудь еще, — заявил Делаэрт, исподлобья глядя на меня в зеркало. — И тем более не хочу, чтобы это оставалось безнаказанным. Пусть больше никто не сможет сказать в оправдание, что не знал, чья ты… гостья. Что не понимал, что делает.

— Ты хочешь, чтобы я ее носила?! — Горло неожиданно сдавило, и я невольно перешла на шепот.

— Всегда, — утвердительно кивнул первый принц. — Всегда, когда выходишь из своих комнат.

— Что?! — беспомощно прошелестела я.

— Пусть тебя боятся, Анаис, как боятся меня, — быстро заговорил Делаэрт, сжав одной рукой мое плечо и уткнув лицо мне в затылок. — Пусть понимают, кто перед ними, и уступают дорогу. А если кто-нибудь замешкается — я не буду милосердным, зная, что это сделали намеренно.

— Дел, — я сглотнула, — это ненормально. Я не понимаю. Это из-за Атарана, да?! Чтобы он на меня не смотрел?! Поверить не могу!

— Из-за всех! — рыкнул первый принц, и его пальцы больно впились мне в плечо. — Двое мужчин за один день, это слишком!

Какие двое мужчин?! Викнет и Атаран, что ли? Мейра, что за безумие творится? Я бросила быстрый взгляд в зеркало и заметила, как упертые глаза принца залила чернильная тьма. Мейра, Мейра, Мейра!

— Очень красивые маски, — принялся меня уговаривать Делаэрт. Он был напряжен, и оттого его речь приобрела иное звучание, несмотря на все его усилия. Мейра, он ласково шипел! Такое вообще бывает?! — Их сделали для тебя феи, моя дорогая, всего за одну ночь. Маска магически обработана и ничего не весит, — продолжал завлекать Делаэрт, поднося разукрашенную, черную с глубоким фиолетовым отливом полумаску к моему лицу. — Магиклей по краям надежно удержит ее, но не оставит следов на твоей нежной коже. Взгляни, моя дорогая. — Голос первого принца упал до шепота. Он очень аккуратно, почти трепеща, приложил полумаску к моему лицу, и магиклей действительно тут же ее зафиксировал. Легко и да, невесомо, но у меня было ощущение, что вот сейчас принц меня заклеймил. По крайней мере, лицо горело. И было… больно. — Такая красивая… — выдохнул первый принц. — Такая таинственная. Такая недоступная. Посмотри, Анаис!

И я посмотрела. И увидела. Увидела, что заигралась. Заигралась в знатную даму, велийру и, может даже, как думалось раньше, любимую девушку. Но теперь, хвала Мейре, все иллюзии рассеялись. Я увидела, кем была в Итерстане на самом деле. Потому что передо мной, отражаясь во весь рост в зеркале встроенного шкафа, стояла очень красивая, молодая, модно одетая, ухоженная и, несомненно, безумно дорогая… кукла его высочества.

— Анаис, — шептал первый принц, скользя ладонями по моим плечам и рукам, — тебе очень идет, Анаис. И… это в твоих же интересах!

В моих интересах?! Мейра, в каких же?! Я прикрыла глаза и попыталась вдохнуть поглубже. Может, попробовать объяснить? Наступить на собственную гордость и сказать, что нахожу это… диким? Что мне становится дурно при мысли, как я появлюсь в таком виде в коридорах дворца и тут же смолкнут все разговоры? Что чувствую удушающее смятение, когда представляю, как все будут смотреть на меня. Со страхом и… жалостью. С жалостью! И, может даже, со скрытым злорадством. Или, наоборот, совершенно равнодушно, как и полагается глядеть на… не более чем игрушку.

— Дел, — просипела я, сглатывая комок в горле и пытаясь найти нужные слова. Но тут взгляд упал на столик, на мраморной поверхности которого рядом с коробкой с «подарками» лежали сброшенные принцем перчатки. Глаза зацепились за этот предмет мужского гардероба, и какое-то время я просто тупо моргала, а потом… Мейра! Мейра! Мейра! Горло перехватило с новой силой, и желание что-либо объяснять и объясняться совершенно исчезло, смытое шквалом самых разнообразных эмоций.